Родился 10 октября 1913 г. в городе Кизляр (Дагестан). Трудовую деятельность начал дежурным слесарем компрессорного хозяйства в г. Баку. В 1935 г. его призвали в армию, отслужив два года, он вернулся и продолжил работать на прежнем месте. Поступил в школу механиков, которую окончил без отрыва от производства в 1941 г.
22 июня 1941 г. нарушило мирные планы Михаила. Уже 25 июня он прибыл в свою бывшую воинскую часть и стал секретарем комсомольского бюро части. В декабре 1941 г. его назначили комиссаром зенитной батареи. В качестве командира взвода, комиссара батареи, заместителя командира батареи Закавказского, Северокавказского, Северо-Западного, Юго-Западного фронтов М.Ф. Трепалин отличился в сражениях за оборону Кавказа, в освобождении Крыма и Киева.
В 1942 г. его направили на учебу в Оренбург, по окончании учебы назначили в Казань для формирования нового полка,с которым в октябре 1943 г. он вернулся на фронт. В это время он уже командир взвода разведки, форсировал Днепр.
В 1944 г. при бомбежке был ранен в обе ноги. Для лечения его отправили в город Бахмач, комендантом которого он стал по выздоровлении. В апреле 1945 г. его зенитный полк был уже в Польше, здесь М.Ф. Трепалин и встретил День Победы.
На третий день войны я должен был явиться в сформированную часть полковой зенитной школы. Когда началась война, я был на дежурстве. Придя домой, узнал, что за мной уже приезжали из военкомата. Я знал, куда и когда мне прибыть. Меня назначили политруком пулеметной роты. Приехал комиссар, собрал политработников. Я оказался самым молодым. «Младший политрук Трепалин будет комсомолом руководить!» — таково было решение комиссара. И через три дня дивизион выехал в Армению, стояли в горах. 25 августа наши войска вступили в Иран, чтобы не допустить его превращения в плацдарм германских войск.
До Тегерана стояли наши войска, а со стороны Персидского залива — англичане. Наш зенитный дивизион оставался в Тавризе до октября 1941 г. Задача: защищать пехоту, танки, мотоциклетные полки от авиации. В октябре немцы стали переправляться на Кавказ, поэтому нас вернули в Баку. Однажды мы увидели скопление машин, направлявшихся в тыл. Началось отступление. На горизонте появились немецкие танки. Мы подбили несколько танков. В этом бою меня контузило… В мае 1942 г. отправили на формирование в станицу Усть-Лабинскую Краснодарского края. Нас, зенитчиков, чуть не отправили в пехоту. Но кто-то из командиров сказал: «Да вы что?! Таких специалистов и в пехоту?!» А тут началось отступление. И пришлось нам 300 км пешком отшагать до Борисоглебска…В августе 1943-го меня направили в Казань для формирования нового полка. Дали мне батарею с пушками малого калибра. До сих пор перед глазами прибывшие девчата в лаптях, да еще с собой запасные пары лаптей захватили. Когда всем им выдали ботинки, приказав сжечь лапти,многие заплакали. Наверное, думали о тех, кто остался в деревнях: им бы сейчас эти лапти пригодились.
Мы стояли на территории Казанского оптикомеханического завода. 7 октября эшелон тронулся на фронт. В ноябре началось наступление на Днепр. 7 ноября взяли Киев. Когда навели переправу, наш взвод сопровождал составы через Днепр. Не раз фронтовые дороги пролегали через узловую станцию Дарница. Именно здесь в феврале 1944 г.я снова был ранен. После излечения в марте меня назначили комендантом города Бахмач, где стоял наш зенитный полк. В августе 1944 г. наш полк снова подняли на рельсы.Наступил 1945 г. Нас направили в Польшу. В первых числах мая получили задание передислоцироваться. Прибыли вечером, расположились на ночлег. Меня назначили дежурным.
Где-то часа в 2–3 ночи из комнаты, где находились на дежурстве радистки, донесся истошный вопль. Я выхватил пистолет, залетаю в комнату, а девушки кричат, плачут: «Победа! Победа!!!» Оказывается, они получили сообщение, что немецкое командование подписало акт о капитуляции. Крики радисток разбудили многих, в том числе и командира: «Что за безобразие здесь творится, товарищ Трепалин?! Прекратите весь этот беспорядок!» «Есть, прекратить беспорядок!» — ответил я и, выйдя на балкон, разрядил в воздух всю обойму пистолета. Так я встретил долгожданный день Победы.
В ноябре 1945 г. фронтовик вернулся в Баку, стал механиком компрессорной станции. Стране нужны были опытные, закаленные в битвах кадры. И в январе 1947 г. его направили на строительство первого в стране магистрального газопровода Саратов — Москва.
Когда в Татарии началось строительство газолиновых заводов, М.Ф. Трепалина направили главным механиком возводящегося комплекса. Михаил Фролович стал куратором по монтажу газомотокомпрессоров и обвязке всех межцеховых технологических трубопроводов. Со знанием дела относился он к строительству и считал,что 12 газомотокомпрессоров со временем не справятся с приемом и перекачкой газа. Но проект не предусматривал в дальнейшем резервов для плановых ремонтов. И М.Ф. Трепалин настойчиво отстаивал свою точку зрения, убедив руководство в необходимости монтажа еще двух газомотокомпрессоров. Время подтвердило его правоту.
Монтаж вели зимой, бетон затвердевал плохо. Михаил Фролович был недоволен качеством работ, а ему приносили акты сдачи монтажа оборудования с оценками «хорошо»,«отлично». И он брался за лом со словами: «Сейчас посмотрим…» Крошащийся фундамент подтверждал,что педантичный Трепалин вновь оказался прав.
А когда начался пуск завода, он возглавил первый компрессорный цех. Михаил Фролович открыл тогда молодым многие секреты производства, помог в освоении компрессоров по перекачке газа. Он воспитал не одно поколение машинистов и механиков по обслуживанию довольно сложных механизмов — газомотокомпрессоров. Среди первых рабочих были машинисты А. П. Захаров, Л. Н. Ширшов, Л. Е. Алатырев, Н. П. Шаповалов. Они и многие другие считают его своим учителем и благодарны и за ночные проверки, и за учебу.
Многие помнят аварию и пожар в товарном парке в 1964 г. Пожарные отчаянно боролись с огнем. Единственным подручным средством для охлаждения емкостей и тушения была вода. Спасением стала пожарная насосная в компрессорном зале. В условиях отключения электроэнергии вся надежда была на два трепалинских насоса с приводами от автодвигателей «Урал-ЗиС». Их включили на полную мощность для подачи воды в общее пожарное кольцо завода.
В насосной были выставлены все окна. От работы автодвигателей в помещении стоял сплошной дым от выхлопных газов. В этом аду руководил всем начальник цеха М. Трепалин. Насосы работали на полную мощность. И не дай Бог, если бы они в этот момент отказали! Как голодные звери, двигатели пожирали запас топлива. Фролович дал нам задание: ехать в гараж, загрузить в бочки бензин. Мы быстро выполнили это задание. Экзамен той аварии Михаил Фролович сдал с честью, работая четко и хладнокровно.
