Работа буровика была очень непростая: по четыре дня в четыре смены. Работали на улице, невзирая на мороз, снег, дождь, жару. Перерыв только на обед, который каждый брал с собой из дома. А какие буровики красивые, настоящие богатыри в своих заиндевелых робах! Это я видела, папа меня брал с собой на буровую несколько раз. Папа очень любил свою работу. Он горел ею. Когда бригада забуривалась на новой точке, сколько метров пробурили за смену, когда спускали колонну, когда опрессовывали, заливали, — мы все были в курсе. А какой гордый он пришел однажды с торжественного собрания, где была отмечена работа бригады! Уважение к маме и отцу было воспитано в нас, детях. Когда папа приходил домой с работы, все, кто был дома, кидались его встречать, не мешая раздеться, снять сапоги. Затем он шел в ванную, долго мылся. Выходил, садился за накрытый мамой стол. Прежде чем взять ложку, первый вопрос: «Дети ели?» Мы занимались уже своими делами, а мама с папой вели свои беседы. Папа был в курсе всего, что было с нами дома, на улице, в школе. Затем он просматривал свежие газеты и ложился отдыхать до следующей смены. И дома наступала тишина. Папа спит! На работу его провожали все, кто был дома.
По возможности он не пропускал День рыбака. Выводил всю семью на утренний клев на реку Зай. А зимой ходили на каток. Рассказывал нам папа и про войну, про то, как взрывали эшелоны с живой силой противника, как минировали пути отхода отступающих фашистов, как был ранен.
В своей работе папа придерживался принципа: «Не причини вреда другому». И за всю свою трудовую деятельность бурильщиком в его вахте не был травмирован ни один работник. После ухода на пенсию в 1985 г. ему предложили еще поработать бурильщиком, на что он ответил: «Я никогда не прищеми л никому даже пальца, а сейчас я не уверен в себе». Папа ушел из жизни в 1996 г.
В настоящее время семейные традиции в системе «Татнефти» продолжает внук Руслан Валерьевич Касатов».
